Сказ про честного кота

Жили-были дед да баба. Посеял дед пшеницу. Солнце ярко светило, дождик часто поливал, ветерок колосья обдувал – выросла пшеничка золотая, как то солнце; густая, как тот дождик; звонкая, как тот ветер. Собрал дед урожай большой  пребольшой. В амбаре полный ларь насыпал. Через края пшеница переливается, дед и баба улыбаются.

02.09.2016 13:59

Печать
Комментировать
0
Прочитано
846
Сказ про честного кота

Мышка пробегала, зёрнышко зубами разломала – понравилось. Дала сестрёнке малёнко, подружкам по кружке. Вот и стали набегать мышки малые – удалые. Взяли власть – ели всласть, что ни день – мера зерна вон. Увидали дед и баба, что зерна поубавилось, загрустили, но сообразили: кота надо позвать. Ничей кот на пригорке сидит, усами шевелит, потягивается. «Приходи к нам, коток, слови мышей пяток, мы тебе молочка плеснём». Пришёл коток, словил мышей пяток, молочка ждёт. Надоила баба молока, несёт ведро полнёхонько - тяжелёхонько, от груза согнулась, от жадности скисла. «Не жди, коток, питья глоток, тебе и так сытно. Слови ещё мышей десяток, может, налью молока остаток», - проворчала коварная баба.

Не стал кот ссору затевать, коготки выставлять. Поймал мышей десяток и ждёт молочка остаток. «И не проси, усатый, лови хвостатых», - лютует баба, а сама с губ молоко обтирает, полным нутром рыгает. Опять кот стерпел произвол, за молочком не полез на хозяйский стол. Поел мышатины, запил дождевой водицей, но с этого не спится. Справедливости ждал, ведь договор подписал, согласно договору ловил мышей с провором. Но от одной мышатины кишочки дерёт, нутро кота воспротивилось. Взмолился он: «Налей, баба, молока плошку, я тебе помурлыкаю немножко». Отвечала дерзко баба: «Я молочко на базар снесу, себе нову шаль привезу, а твоя еда в амбаре гуляет».

Таскает дед в амбар мешки с мукой, смолотого из спасённого от мышей зерна. Коту тут же наказ: мешки стеречь, а то мыши прогрызут и будет мука течь. Честный кот мышей уже не ест, а пугает, из амбара гоняет, себя без еды оставляет.

Как-то баба блинов напекла масляных, на вид румяных, на язык желанных, кот и норовит упросить: «Дай, баба, блинок, прикрыть роток, язычок промаслю – будет он атласный». Кот отощал, усы повисли, а жадность бабы вперёд её родилась. Повернулась к коту спиной, блины огребла рукой, сама все съела, потом долго болела.

Понял кот, что не видать ему здесь добра и пошёл со двора. А в амбаре всего одна мышка осталась: остальных кот переловил, да разогнал. Углядела мышь кота уходящего и завизжала от восторга, лапками барабанит, хвостиком постукивает – подружек на пир созывает. Бегут серые, бегут шустрые, в щелки – юрк, под дверь – шасть! У каждой мышки завелись детишки. Стало их видимо-невидимо. В ларь забираются, всласть наедаются. В рот зёрнышки кладут, с аппетитом жуют. Ларь стал быстро пустеть, а мешки с мукой – худеть. Скоро пшеничку погрызли, мучку повытаскали. Пошёл дед в амбар за мерой муки – напечь пироги, да так и ахнул! Понял всё, да поздно было.

Соседи про жизнь кота прознали и к себе его призвали. Кот честно службу несёт, каждый день молочко пьёт, усы намочит и довольный хохочет. На тот пир нас не зовёт, только песенки поёт.

А к жадным деду и бабе никто из котов в услуженье не идёт, их добро не стережёт.

Лариса Михайлова.

Комментировать
0


Наверх