ММКФ 2017: чего добивается София Коппола в ремейке "Роковое искушение"?

На широких экранах вышел фильм «Роковое искушение» (ориг. "The Beguiled") - ремейк драмы 1971 года "Обманутый" Дона Сигела. Российская премьера нового фильма Софии Копполы состоялась на 39-м Московском международном фестивале.

30.07.2017 22:25 Андрей КОРОЛЁВ

Печать
Комментировать
0
Прочитано
196
ММКФ 2017: чего добивается София Коппола в ремейке "Роковое искушение"?

В главной роли оригинальной версии играл Клинт Иствуд. Именно Сигел (вместе с Серджо Леоне) сформировал Иствуда - одного из самых харизматичных и талантливых актеров второй половины ХХ века. Спустя полвека Софии Копполе, обладательнице «Оскара» и значительной награды из Венеции, зачем-то понадобилось делать свою версию этой истории. Критики кинулись писать, что фильм оказался необязательным и явно не лучшим в ее фильмографии. Ну, споры спорами, а приз в Каннах за режиссуру София уже взяла.

hLQNV98HDnDGw8XE3KdPzw-wide.jpg

Роман Томаса Куллинана «Обманутый», ставший основой обоих фильмов, вышел в 1966 году. "Искусство кино" так описывает источник, откуда вообще могла появиться подобная идея:

"Муж-добытчик по утрам уезжал в город на работу, жена оставалась дома, выполняя функции домохозяйки и матери. Жесткий характер этой модели, превращавший семейный дом в своего рода монастырь, во многом спровоцировал волну протеста феминисток, которая как раз к середине 60-х набирала силу. Вынужденное уединение в уютном, но отрезанном от большого мира доме, куда сигналы поступают только из телевизора, от мужа или от соседок, с которыми домохозяйки встречались в моллах и супермаркетах, натолкнули Куллинана на сравнение с жизнью в закрытых пансионах, доступ к которым преградила Гражданская война столетие назад. Существование женщин, воспитанных или вынужденных жить в таких замкнутых анклавах по правилам навязанного этикета, вакуум, возникающий в результате отказа от внесемейных интересов и целей, порождали растущий сексуальный голод, разжигали аппетит к сексуальным фантазиям".

Фабула у Сигела и Копполы практически идентична. Красавец с фронта Гражданской войны оказывается в пансионе среди женщин разных возрастов, которые уже давно забыли о существовании мужчин. Каждая из них по-своему влюбляется в героя, некоторые даже недвусмысленно пытаются завлечь его в постель. Он с лихостью объясняется в любви половине своих спасительниц, но заигрывается и становится жертвой женской ревности.



На премьере в Каннах режиссер подчеркнула, что снимала фильм с женским взглядом.
- Это была мачистская точка зрения. Мне в какой-то степени нравится "Обманутый", но все женщины там сумасшедшие, и соотносить себя с ними не получается. Я поставила себе задачу представить, каково было для женщин, выращенных как леди, выжить в эти жестокие времена.
Сценарий у Копполы хоть и отрезает некоторые шероховатости, но в целом остается без кардинальных изменений. Она отказывается от лобовых эротических сцен (куда Колину Фареллу до Клинта Иствуда, который говорит, что "боль и удовольствие иногда идут вместе"), но в конце концов актерские попытки выйти за привычные рамки и фирменная работа с цветом и светом оказываются где-то далеко позади. На первом плане - ревность и соперничество, многослойное выживание в непростую эпоху превратилось в кошачью драку за мужика. Фильм преподносят как очередной профеминистское творение, но невозможно отрицать то, что вся пансионная тоска мигом испаряется от одного лишь взгляда мужского персонажа. 

02-pic905-895x505-42371.jpg


baldung098.jpg

Героини фильма по-своему напоминают расхожий сюжет из мифологий разных культур о семи поколениях женщин. "Роковое искушение" - это, к примеру, своеобразная цитата картины Ганса Бальдунга, ученика Дюрера, "Семь возрастов женщины". В рейнской мифологии, к примеру, описываются различные вариации сюжета о женщинах, живущих на берегах Рейна разновозрастной группой в семь человек. По сути, это амазонки, от которых мужчинами не стоит ждать ничего хорошего. Аллегория Кополлы отчасти строится на этом сюжете о женщинах, которые передают друг другу опыт постижения мира, сохраняя от разрушения (читай - мужчин) основы человеческого бытия, память и прочие нематериальные ценности. С этой точки зрения фильм можно воспринимать как историю о разрушительной тотальности патриархата, который разваливается от маленькой физической неполноценности и теряет все. "Роковое искушение" могло бы превратиться в фильм о бунте носительниц культурных кодов, но до манифеста попросту не дотягивает, необлагороженный сюжет держит рамки истории слишком крепко. И даже внушительный кастинг, в числе которого Николь Кидман и Кирстен Данст, не утончяет этого фильма, заставляя зрителя вязнуть в давно забытой истории. 

Комментировать
0


Наверх