Вахид Валиев: многодетный отец, доброволец, герой

Если вы попытаетесь найти его фото в открытых источниках — скорее всего, не найдете. Потому что Вахид Валиев — человек другого склада. Он из тех, кто сначала строит дом на тридцать детей, потом грузит в газель гуманитарку, в один миг принимает судьбоносное решение и уезжает туда, где рвутся снаряды. Его голос не услышать в телевизоре. Но если вы хотите понять, кто такой Вахид — послушайте его жену, Ирину Александровну Вервельскую. Мать. Волонтера. Женщину, которая знает его лучше всех. И которая до сих пор не может говорить о нем спокойно.

«Муж подписал контракт и ушел на СВО 16 сентября 2023 года. Служит там водителем», — вспоминает она. В ее голосе до сих пор стоит ком. Семья Валиевых-Вервельских — это маленькое государство со своими законами и традициями. Когда глава такого дома принимает решение, его не обсуждают. Но в тот раз обсуждали. Плакали. Уговаривали. Пятьдесят семь лет. Возраст, когда многие уже жалуются на давление. Он работал на своей газели и хорошо зарабатывал. Примерно на сто тысяч в месяц больше, чем зарабатывает сейчас на фронте. Это пояснение для тех, кто уверен, что люди заключают контракты из-за денег. А Вахид подписал контракт добровольцем.

«Когда он объявил нам о своем решении — у всех сначала был шок. Но Вахид сказал, что он там нужен. Парням на поле боя нужно подвозить боеприпасы, продукты, все необходимое. Он тогда услышал по радио, что остро не хватает водителей категории «С» и «Е». Вахид решил, что не может остаться в стороне, когда может помочь своей стране».
Он сказал: «Я нужен». И ушел. Не оглядываясь.

Пока Вахид ведет многотонную машину по дорогам, которые уже давно перестали быть дорогами — воронки, осколки, серый песок пополам с железом, — дома продолжает жить его хозяйство. Ирина осталась за главную, но она не одна. «Один наш сын погиб на СВО. Погиб зять. Это наша общая огромная беда. Другие сыновья остались со мной. Одного зятя не взяли на фронт по здоровью, не прошел медкомиссию в военкомате. Он постоянно мне помогает — решил проблему с водопроводом, чтобы летом огород поливать. Взрослые дети сплоченно помогают во всем. У них есть общий чат, и любая моя просьба или пожелание тут же находят отклик, мгновенно находится тот, кто свободен и может помочь. Дети устраивают семейные праздники, например, в День матери поздравляют, шикарный Новый год организовали».

Это все — тоже Вахид. Его система. Он выстроил эту семью так, что она работает как часы даже тогда, когда глава ушел на фронт.

Ирина Александровна — руководитель транспортной компании, но сейчас ее главный рейс — туда, где служит муж. «Я вожу гуманитарную помощь: ее собираем сплоченно, делаем домашнюю лапшу, держим крупный рогатый скот, когда забиваем — тушенку варим для солдат. Когда неравнодушные жители узнают про нашу очередную поездку — несут гуманитарную помощь. В церкви наша группа «Берегини» плетут маскировочные сети, которые жизненно необходимы именно там, где служит Вахид. Потому что машина — это первая мишень. Ее необходимо тщательно укрывать, маскировать. Мы все собираем и в зону боевых действий везем обычно целую газель. Я сама руководитель транспортной компании, и вот одна газель — та, на которой непосредственно работал мой муж Вахид — сейчас курирует дорогу Донецкое направление – Благовещенск».

Его газель. Его руль. Его пот на сиденьях. Эти километры — святые. Она ездит туда снова и снова. Одиннадцать раз — удачно. Двенадцатый — почти убил ее. «Увы, двенадцатая поездка в зону СВО для меня оказалась неудачной. В октябре прошлого года мы врезались в фуру, но я чудом выжила, перенеся не одну операцию на ноге, которую врачи собирали буквально по кусочкам». Она не говорит о боли. Она говорит о чуде. Потому что выжить в такой аварии — действительно чудо. И, наверное, оно случилось не просто так. Потому что дома дети, которые ждут не только папу, но и маму. Она не бросила ездить. Как можно бросить, если там твой муж?

У Вахида Валиева шесть медалей. И Орден Шаймуратова — высшая награда Республики Башкортостан. Ее дают тем, кто не ищет легких путей. Тем, кто встает на защиту молча. По делу.

Если вы спросите соседей — они скажут: «Хороший мужик». Если спросите детей — они улыбнутся и отведут глаза. Потому что скучают. Безумно. Если спросите Ирину Александровну — она помолчит. А потом скажет коротко, как умеет только она: «Он там нужен». Три слова, за которыми — все. Страх. Гордость. Любовь. И вера в то, что он вернется живым и здоровым.

Она рассказывает и о других потерях, которые семья пережила: «Сын, Ринат Валиев, ушел на СВО вслед за отцом через два дня. Прослужил он полгода. 21 марта 2024 года его признали без вести пропавшим. У него четверо детей: две девочки-близнецы и два сына, старший и младший. Младший на тот момент был первоклашка, сейчас он уже в третьем классе. Ринат работал на Севере, ездил по вахтам, но принял такое решение — уйти добровольцем вслед за отцом. Зарапов Азамат — это наш зять. Был мобилизован в 2022 году. В сентябре того же года его отправили в зону специальной военной операции. Они были в числе первых, первопроходцев: все давалось очень тяжело, потому что основная нагрузка легла именно на их плечи — на то, как все это строилось и налаживалось. В 2025 году, 19 мая, его не стало. Завтра исполнится год, как его нет с нами. У него растет дочка Амелия, а наша дочь Алена теперь вдова».

Такие люди, как Вахид, — это не просто бойцы. Это стержень, на котором держится страна. Пока многодетный отец в пятьдесят семь лет ведет газель под обстрелами, пока его жена собирает тушенку и плетет сети — Россия стоит. Не на лозунгах. Не на парадах. А на вот этом: на тихом мужестве, на долге, который не произносят громко, на любви, которая не требует наград. И когда победа придет — а она придет обязательно — в ней будет и вклад семьи Валиевых-Вервельских.

Фото из архива семьи Валиевых-Вервельских.