Актер Алексей Вакулов: Медицину и театр роднит абсолютная самоотдача

— Алексей, в сериале ваш герой — врач, и это не первый ваш медицинский образ. Говорят, у вас в роду были доктора. Это помогает или, наоборот, мешает — ведь вы хорошо знаете изнанку профессии?

— Скорее помогает, потому что я с детства видел, что такое самоотдача без остатка. Медики, как и мы, не живут по расписанию: дежурства, ночные вызовы, постоянное напряжение. И дома их тоже ждут не всегда с пониманием. Но разница колоссальная: у врачей на кону — жизнь, а у нас — кадр, который потом будут пересматривать. И если актёр выйдет несобранным, это останется на плёнке навсегда. Так что мы тоже не имеем права на расслабление. Ты — часть механизма, и если дашь сбой, пострадает вся съемочная группа.

— Ваш герой уезжает из Москвы в глубинку. А вам самому где дышится легче — в каменных джунглях или у речки?

— Я петербуржец по рождению, учился в Ярославле и давно живу в Москве. Так сложилось, что мне нужен этот бешеный ритм, пробки, свет, шум. В маленьких городках хорошо на выходные — выдохнуть, посмотреть на звёзды. А потом снова хочется в этот водоворот. Москва меня не утомляет, она меня заряжает.

— В ближайшее время выходит ваша мистическая мелодрама «Ведьмина любовь». А вы  верите в потустороннее?

— Скорее я реалист. Гороскопы обхожу стороной, в магию не верю. Но жизнь иногда подкидывает такие совпадения, что волей-неволей задумываешься: а может, есть что-то выше? Но я отношу это к категории забавных случайностей, не больше.

— Вы уже не первый раз снимаетесь для Dомашнего. Что делает съемочный процесс живым и искренним?

— Это всегда про людей. Сценарий — только каркас, а душу вносят те, кто рядом. Бывает, репетируешь сцену и видишь ее одной, а партнер предлагает неожиданный ход — и рождается магия. Вот это самое ценное в нашей работе — импровизация, которая превращает текст в жизнь.

— Многие считают, что актеры только в красивых костюмах позируют. А что говорят те, кто хоть раз побывал на площадке?

— Они сразу меняют мнение, когда видят нас в грязи, под дождем, на морозе, с гримом, который смывается потом час, или в мокрой одежде по колено. Это физически тяжело, и подготовка нужна серьезная. Так что стереотипы разбиваются быстро, как только человек сталкивается с реальным процессом.

— Часто ли вас останавливают на улице?

— Достаточно регулярно. И всегда в самый неподходящий момент — например, в спортивном костюме или с корзинкой в супермаркете. Особенно удивляет, когда это происходит за границей: в Европе, Израиле, даже во Франции узнавали. Каждый раз приятно, но немного странно — ведь ты не ожидаешь, что тебя знают за тысячи километров.

— Если бы вы могли выбрать время и место, куда бы отправились?

— Меня всегда манил рубеж XIX–XX веков. Тогда уже были электричество, автомобили, но мир оставался просторным, неспешным, без этого бесконечного информационного шума. Хотелось бы погрузиться в ту эпоху, почувствовать ее темп, ее воздух.

Беседовала Эмилия Завричко, фото телеканала Dомашний.