

- Это остается за кадром, как легенда. Можно фантазировать, что угодно: учил с трех лет, гувернер был русский.
- Эти вещи вообще никак не мешали, что он что-то играл когда-то. Наоборот - в этом его сила. Он актерский режиссер, он сам проигрывает всё как актер внутри себя, понимает психологию. В этом смысле он очень чуткий режиссер, с ним очень комфортно. Мне кажется, как режиссер комедии он идеален. В других жанрах иногда важно, чтобы ты вышел из зоны комфорта, а тут наоборот. Ты чувствуешь, что можешь хулиганить, можешь позволить себе какие-то вещи на грани. И он как камертон - человек с хорошим вкусом, который не подставит тебя, не даст тебе провалиться. Как у Хемингуэя: «Лучший способ проверить, доверяешь ли ты человеку - довериться ему». С Федей было именно так. Я никогда в комедиях не снимался, для меня это был вызов, и я подумал: «Я буду тебе доверять, ты мне нравишься, я тебя люблю, ты классный, у тебя хорошее чувство юмора, ты по-актерски меня понимаешь, мы на одной волне». Я себе дал такую установку. Мне кажется, он тоже это чувствовал. Мне хочется верить, что у нас возник такой тандем.


Кстати, то же самое было и Йосом Стеллингом (режиссёр фильма «Девушка и смерть», где Леонид Бичевин исполнил главную роль — прим. ред.). Он подошёл в какой-то из сцен, где мы играли с Ренатой Литвиновой, и сказал: «Сейчас я увидел величайший пример игры русской школы». Я подумал, он так серьёзно начал, с апломбом, после чего Йос продолжил: «Но это касательно Ренаты Литвиной. Леонид, прошу вас, немножко инсайд, инсайд». И он меня постоянно просил всё внутрь, чтобы я это проживал, но ничего не показывал.
- Да, есть такой момент. Я ощущаю невостребованность в комедийном жанре. Я бы еще поиграл.