Все новости
Культура
12 Мая , 22:35

Премьеры в Уфе: «Счастье рядом»

11 мая в в Государственном академическом русском драматическом театре РБ с полным аншлагом прошла премьера лирической комедии «Счастье рядом» по рассказам Василия Шукшина. Режиссер-постановщик, автор инсценировки и сценографии Василий Сенин (Москва).

Несколько лет назад в уфимском ТЮЗе режиссер и народная артистка РБ Ольга Мусина поставила знаменитую шукшинскую сказку для взрослых «До третьих петухов». В причудливом и полном аллегорий шедевре-завещании Шукшин сомневается, будут ли его книги востребованы и дальше, отвоюют ли они себе место, если не в школьной программе, то хотя бы в рекомендованном внеклассном чтении?

 Василия Макаровича помнят и по-прежнему очень любят! Здорово, что Русдрама пополнила свой репертуар современным прочтением его прозы, стильным и сильным спектаклем. Истинно народное творчество многогранно талантливого Шукшина - кинорежиссера, актера, сценариста и писателя - было чрезвычайно популярно в СССР, ведь он сам вышел из народа, прекрасно знал все его проблемы и переживания и обладал уникальным даром емко, сочно, с юмором и, главное, правдиво рассказывать о самом сокровенном. 

Минималистичная сценография выстроена практически зеркальной симметрией от центра. Узкие боковые неоновые вертикали и верхний свет арьерсцены дают необходимую высоту и похожи на метафорические «огни большого города», чей холодный свет так далек от земли, которую символизирует мягкое покрытие сцены. Герои рассказов Шукшина - соль земли русской. Она ласково принимает их причитания, глушит боль обид, питает живительной силой их неуемную энергию.

Одинаковы и серы, как ряд табуреток заднего фона, будни простых людей. Яркая алая табуретка в этом ряду не только смысловой акцент многих мизансцен, но и табуреточный «чудик» в монотонной деревянной шеренге. Такой же, как странные и порой непутевые герои Шукшина. Без таких чудиков жизнь была бы не такой интересной.

Пять рассказов не связываются автором инсценировки в одно цельное действо, и это правильно. Их названия зажигаются на заднике экрана, визуально разделяя отдельные истории пьесы, рассказываемые одной и той же группой актеров от имени разных персонажей. Народная артистка РБ Ольга Лопухова в первой притче «Материнское сердце», например, сыграла полуграмотную старуху, мать Витьки, а в рассказе «Мой зять украл машину дров» - судью, элегантную женщину бальзаковского возраста. Это ли не актерское счастье - в одном спектакле создать диаметрально противоположные по характеру и судьбе образы? 

Несмотря на заявленный жанр лирической комедии и оптимистичное название, некоторые истории трагичны, и трагедии эти, хоть и рассказанные в особой, шукшинской манере повествования, вне времени. 
Эх, совсем рядом было счастье, когда перед свадьбой послала мать сына сало в город продать, а тот после пьянки так накуролесил, что светит ему теперь тюремный срок. И материнское сердце пошло стучать по высоким кабинетам, вымаливая прощение для поскребыша...

У Шукшина нет нудной назидательности, поучений  и какой-то финальной железобетонной морали, а есть очень узнаваемые ситуации. Я, например, узнала своего знакомого в рассказе «Срезал». Он точно так же, как Глеб Капустин (заслуженный артист РБ Сергей Басов), обожает «щелкнуть по носу» всех, кто выше рангом или более успешен в жизни, и от самоутверждения за их счет получает несравненное удовольствие.

Еще особо отметила бы исключительно шукшинскую речь Сергея Басова. Негромкий, с долей хитринки и скрытого ехидства говорок. В яблочко! Ведь даже при чтении шукшинских рассказов невольно за кадром слышишь его уникальный и очень узнаваемый глуховатый голос. Некоторые же герои постановки слишком громко даже не читали, а буквально выкрикивали свои монологи. Прекрасно зная высокий профессионализм актеров Русской драмы, думаю, что они выполняли некую режиссерскую задачу. В обычной жизни переход на крик обусловлен отсутствием других аргументов. В условиях сценической реальности крик может выступать в качестве средства голосоречевой выразительности. Но постоянный накал эмоций утомляет, да и за строками рассказов мысленно слышатся совсем другие интонации Василия Макаровича. Думаю, после премьерных показов работа над спектаклем продолжится и будет найдена нужная тональность.

Больше всего мне лег на душу пятый рассказ пьесы «Сапожки». Как красиво ожили великолепные красные сапоги в руках продавщицы (Анна Бурмистрова)! Как трогателен в своих сомнениях насчет необходимости дорогущей покупки для жены был герой рассказа Сергей Духанин (Владимир Кузин), вдруг осознавший, что самая большая радость - дарить радость другим, особенно самым родным и близким. 

Вспомнилась мне и своя быль эпохи тотального дефицита. Когда муж по счастливому случаю купил мне шикарные итальянские сапоги тридцать шестого размера. Пока до него дошла очередь - остались только неходовые размеры. У меня был тридцать восьмой, и я все-таки, в отличие от героини Шукшина, натянула их на себя, серьезно при этом прикидывая: «Синие! А как идеально сочетаются с новым пальто…Может, палец отрезать?» Кто жил в СССР - тот поймет. Так что огромное спасибо Русской драме за ностальгический привет из прошлого.

Архитектоника фольклорности сказов выстраивалась режиссером не только особым северным говором, песнями и прибаутками, но и выразительной пластикой массовки. Сцены с замедленным темпом полевых работ выглядели очень сюрреалистично, но при этом органично дополняли действие. Крайне интересно было наблюдать за современным прочтением шукшинской прозы и приятно порадовала теплая реакция зала. Зрители дружно смеялись, грустили,  переживали  и долго-долго аплодировали в финале. 

Счастье действительно рядом! 

Фото Булата Гайнетдинова.

Автор:Эмилия Завричко
Читайте нас в