Нашедший золото сарматов: мир археолога Анатолия Пшеничнюка

Тишина музейного зала сегодня — обманчива. Она наполнена гулом эпох, говором древних металлов и шепотом тысячелетней пыли. Выставка «Жизнь как археологическая симфония» — это не просто собрание артефактов. Это попытка впустить зрителя внутрь мысли, внутрь той титанической работы души и ума, которую на протяжении десятилетий совершал легендарный археолог Анатолий Пшеничнюк, кандидат исторических наук, профессор, заслуженный работник культуры Республики Башкортостан.

Золотые олени из знаменитых Филипповских курганов, чьи причудливо изогнутые фигуры, изготовленные в V-IV веках до нашей эры, стали уже узнаваемым брендом нашей республики, культурным кодом ее шежере. Сами олени хранятся в Музее археологии и этнографии Института этнологических исследований им. Р.Г. Кузеева Уфимского федерального центра Российской академии наук. Но экспозицию в Национальном музее украшает тактильная копия, к которой можно прикоснуться. 

Эти «звери» сарматских вождей — не просто украшение экспозиции. Это метафора той точки взрыва, того момента, когда региональная археология громко заявила о себе на весь мир. Благодаря Пшеничнюку и его команде Южный Урал на карте мировой истории перестал быть периферией и стал центром мощной кочевой культуры.

 Но в запасниках Нацмузея есть и свои золотые сокровища, найденные в экспедициях Анатолия Пшеничнюка. 

В витринах выставки можно полюбоваться на материалы раскопок Биктимировского, Охлебининского, Уяндыкского, Шиповского могильников, увидеть клад из раскопа Охлебининского городища. Здесь можно внимательно рассмотреть изысканные ювелирные украшения, созданные мастерами почти три тысячи лет назад! Височные подвески, серьги, гривну, браслеты, кольца, детали поясной гарнитуры, наконечники стрел…

 Но путь к этому золоту начался не с лопаты, а с карандаша. В витрине под стеклом лежат пожелтевшие листки — рукопись ранней работы археолога, где впервые кристаллизовалась мысль о кара-абызской культуре. Из хаоса разрозненных черепков, бронзовых ножей и следов полуземлянок Пшеничнюк, как композитор, вывел чистую, ясную мелодию — образ народа, жившего здесь за пять столетий до нашей эры. Это было фундаментальное открытие, которое, подобно прочному фундаменту, позволило возводить здание истории целого региона. Рядом с пожелтевшими дневниками и рабочими тетрадями — те самые «ноты», из которых сложилась симфония: исторические, артефакты, невероятно выразительные осколки времени: наконечники, украшения, детали конской упряжи… Каждый посетитель, переходя от теоретических выкладок к материальным свидетельствам, сам становится соучастником этого открытия.

 На стендах — фотографии экспедиций и их участников, выкладки эпохальных открытий, важные вехи раскопок. 

 Это больше, чем музейная экспонаты. Это реликвии. С фотографий на нас смотрит сам Пшеничнюк: вот он, прищурившись, изучает что-то в руках; вот, окружённый смеющимися студентами, сидит у костра; вот стоит на краю раскопа, а позади — бескрайняя башкирская степь. Эти кадры не просто фиксируют моменты жизни. Они считывают код его личности: одержимость, открытость, абсолютную слитность с делом и пейзажем.

 Выставка живет не только прошлым. В одном из залов собрались студенты-историки. Они слушают лекцию одного из его прямых учеников, который сегодня, используя данные ДНК-анализа и цифрового моделирования, продолжает разгадывать загадки, поставленные учителем. Научная школа Пшеничнюка не распалась — она эволюционирует. Его «симфония» обрела новых исполнителей. Для молодежи это даже не экскурсия, это посвящение в профессию, где за сухим термином «артефакт» стоит биение сердца того, кто его отыскал.

 Выставка будет работать долго, но первый день, сегодняшний, показал главное: симфония Анатолия Пшеничнюка не закончена. Она просто теперь звучит для всех.