Все новости
Субъективно
16 Августа 2022, 14:35

Простая психология: ностальгия или надо ли прятаться за прошлым от настоящего?

Елизавета Вайман, психиатр с более чем 40-летним стажем, заслуженный врач РБ, в течение последних десяти живёт в Германии, но остаётся большим другом и внештатником «Молодежки». С нашим земляком из Канады Тимуром Гагиным, доктором психологических наук, одним из самых известных в России тренеров НЛП, автором восьми книг по практической психологии её связывает многолетняя житейская и творческая дружба. В настоящее время они работают над совместной книгой, где она выступает не как профессионал - психиатр и психолог, а как мудрая женщина, ищущая, несмотря на свой жизненный опыт, ответы на извечные вопросы, которые задаёт нам жизнь. Мы продолжаем публиковать некоторые главы из будущей книги.

Не знаю, почему я вдруг так разволновалась и начала спорить с уважаемым молодым профессором, доктором технических наук. В принципе, я не спорщик. И запальчивость мне не свойственна.  А мой собеседник для меня никакой не Иван Алексеевич, а просто Ванечка, которого я знаю с рождения. Мы много лет работали вместе и были дружны с его мамой, человеком весьма прогрессивным во всех отношениях или, как стало принято говорить, продвинутым и современным. Наверное поэтому профессор Ванечка меня как-то удивил  и даже расстроил немного. На дежурный вопрос о работе он, описав трудности преподавания в высшей школе в современных условиях, вдруг стал говорить о том, как бы он хотел вернуться в 70-80 годы, в страну СССР, когда было всё замечательно и стабильно. А потом, говоря о событиях, ему неприятных, заявил: «Сталин всем нужен, уж он мог навести порядок!»

Каждый житель СССР, приезжая в Москву считал своим долгом посетить Мавзолей Ленина на Красной площади. Многокилометровые очереди стояли здесь даже зимой.
Каждый житель СССР, приезжая в Москву считал своим долгом посетить Мавзолей Ленина на Красной площади. Многокилометровые очереди стояли здесь даже зимой.

Можно было бы просто улыбнуться и напомнить Ванечке, что родился он в 1976 году и мало что знает о семидесятых. А в восьмидесятые ещё учился в школе. Да и в его возрасте рано предаваться ностальгическим воспоминаниям глобального характера. Вместо этого я спросила, а что он говорит своим студентам? 

«Да так и говорю, - широко улыбнулся профессор Ванечка, - пусть знают, какую страну мы потеряли».  «И о благополучии сталинского периода говоришь?» - пока ещё осторожно спросила я.  Ответ был не просто утвердительным. Иван Алексеевич  стал приводить какие-то факты, которые, вроде, казались убедительными, если бы... Не хочу  здесь начинать эту тему, болезненную не только для истории страны, но и для истории моей семьи. 

А вот тема ностальгии меня  реально задела. Мне понятно, когда мои пожилые сверстники вспоминают свою молодость с чувством безвозвратно утраченной юной беспечности, легкости, оптимизма.  Так получилось, что я до настоящего времени поддерживаю связь со своими однокурсниками, особенно с теми, с кем жила в общежитии, с кем ходила в туристические походы, с кем вместе проводила литературные вечера  в институте, встречала белые ленинградские ночи. До чего же здорово вспоминать, как весело было стараться успеть утром  умыться или сходить в туалет: одна женская небольшая умывальная комната на этаж, одна мужская (с туалетом то же самое), а на занятия утром всем примерно в одно и то же время... А как дружно мы жили впятером в одной комнате и назначали «дежурных по крысам» (по очереди гоняли по ночам обнаглевших крыс и, хохоча, мяукали, пытаясь их напугать). А какие праздничные застолья устраивали: ведро винегрета и бутерброды с килькой (до сих пор винегрет с килькой- любимое лакомство!). А как ходили в походы на Карельский перешеек, как бегали в театры...  Как ездили  из Ленинграда в Москву на премьеры ночным поездом, беря на пятерых три билета и по очереди прячась за багажом на третьих полках. Это было удивительное время!

А школьные годы? А годы работы в больнице и на кафедре? Так замечательно было дежурить сутками, а потом уйти пораньше домой и увидеть город днём, а не как обычно - вечером (анекдот был когда-то о том, что если врач работает на ставку, ему не на что  жить, а если он работает на полторы ставки, ему некогда жить).  А как... Можно вспоминать бесконечно. 

С годами воспоминания становятся всё ярче, всё красочнее и подробнее.  Недавно мне позвонила моя одноклассница, нашедшая меня по интернету, с которой мы не виделись со дня окончания школы. Говорит, что вспомнила, как во время пребывания в пионерском лагере я каждый вечер после «отбоя» (для молодого и среднего возраста поясняю: часов в десять вечера в пионерлагере горнист трубил «спать, спать по палатам...», это и был «отбой», после которого все должны были разом уснуть)  рассказывала придуманные страшилки и сказки. И вся девчоночья спальня (на двадцать кроватей) лакомилась припрятанным с незамысловатого  ужина вкуснейшим черным хлебом.  И мы с ней долго-долго вспоминали каждая о своём, но обе о том, как хорошо мы жили тогда.

Праздники любили, а уж Международный фестиваль молодежи в Москве вызвал небывалый ажиотаж и восторг.
Праздники любили, а уж Международный фестиваль молодежи в Москве вызвал небывалый ажиотаж и восторг.

И столько всплывает обычно во время таких воспоминаний подробностей. Это нормально. Всё это имеет свои объяснения. В пожилом возрасте вступает в силу так называемый закон Рибо или «обратный ход памяти», позволяющий вспоминать события давно ушедших дней и мешающий запоминанию того, что происходит в настоящее время. А ещё, конечно, ностальгия.  Дело даже не в том, что происходило, а в тех чувствах и ощущениях, которые мы тогда испытывали. Беспечность, какой-то юный задор, уверенность в светлом будущем и бесконечное счастье от того, что мы живём в лучшей на всём белом свете стране. Конечно, были и неприятные моменты. Причём в достаточном количестве. Но постепенно все негативные воспоминания отходят на задний план или вообще испаряются из памяти. Вспоминается только приятное, радующее сердце, особенно сейчас, когда годы приносят больше огорчений, чем хотелось бы. Понятно, что прошлое не вернётся, но мы как бы реанимируем его, хотим переживать то хорошее, что было, вновь и вновь.  Это нормально и объяснимо  с точки зрения как психологии, так и физиологии. 

А окружающие, беседуя с человеком, скажем так, солидного возраста, часто восхищаются тем, что он помнит то, что было давным-давно: «Вот ведь какая память!». Прихожу порой в восторг (частично профессиональный), когда известные старые деятели культуры, дамы преклонных лет, выступая на различных ток-шоу, начинают рассказывать о своих прежних успехах, многочисленных поклонниках, любовных историях. Понятно, что кое-что из этого было на самом деле, что-то, мягко говоря, наверняка не соответствует действительности. Придумано не нарочно, просто возникающие с возрастом проблемы памяти заполняются «придуманными» приятными воспоминаниями. Это и признак возраста, и ностальгия.

Кто жил в СССР, тот помнит необыкновенно вкусную газировку из автомата. Пили из стеклянных стаканов, споласкивая их водой и даже не задумывались о туберкулезе или других заболеваниях… Вода без сиропа -1 копейка, с сиропом -3 копейки.
Кто жил в СССР, тот помнит необыкновенно вкусную газировку из автомата. Пили из стеклянных стаканов, споласкивая их водой и даже не задумывались о туберкулезе или других заболеваниях… Вода без сиропа -1 копейка, с сиропом -3 копейки.

Я когда-то думала, что ностальгия – это только тоска эмигрантов по стране, где они родились и раньше жили. Ох, тоже интересная тема! Живя уже несколько лет в Германии, продолжаю удивляться тому, как  немцы, уехавшие из России четверть века (или даже больше) назад в трудные для страны и для людей годы, продолжают по ней скучать, всё больше идеализируя то, что было. Как эти люди, именующие себя «русские немцы» или «русаки», прививают своим детям и внукам любовь ко всему российскому, особенно к тому, что было в те десятилетия, в которые они эмигрировали. Это касается не только немцев, а большинства эмигрантов из постсоветского пространства. В Ганновере, где мы живём, на гастролях российских артистов неизменный аншлаг. Особенно, если это артисты старшего поколения. Праздничные мероприятия «Ярмарки земляков» - типичная российская дискотека восьмидесятых. А сколько желающих туда попасть! Такой вот феномен.

 Но мы говорим о другой, но тоже ностальгии - об ушедших детстве и молодости, о чувстве первой любви, о восторге, который испытываешь, преодолев впервые в жизни препятствие, раньше казавшееся непреодолимым...  Ещё , оказывается, есть в психологии и такое понятие, как «коллективная ностальгия». Прочитала недавно.  Может, именно этим и объясняется наблюдающаяся в настоящее время тенденция говорить о том, как замечательно, без малейшего изъяна, жилось раньше. Может, именно поэтому так тоскует уже упомянутый мною профессор Иван Алексеевич о той стране, которую он, по сути, и не знал. Да пусть тоскует. Не такое уж плохое это чувство - ностальгия. Если она остаётся на уровне «сладких воспоминаний» и не тормозит жизнь в настоящем.

Почему то только никто не вспоминает тотальный дефицит товаров и продуктов в СССР. На прилавках стояли пирамиды рыбных консервов или плавленых сырков «Дружба». Рекламы практически не было. Зачем? Если и так за любым «выброшенным» товаром надо было стоять в очереди.
Почему то только никто не вспоминает тотальный дефицит товаров и продуктов в СССР. На прилавках стояли пирамиды рыбных консервов или плавленых сырков «Дружба». Рекламы практически не было. Зачем? Если и так за любым «выброшенным» товаром надо было стоять в очереди.

«Но почему ты, Ванечка, - мысленно обращаюсь я к своему оппоненту - своим студентам говоришь о безнадёге дней сегодняшних? А как же светлое завтра, в которое, как я понимаю, должны априори верить молодые? Разве без этого можно жить?» Сейчас стало принято в картине будущего чаще всего описывать землю после третьей мировой войны, выжженную и почти мёртвую, мегаполисы, где нет свободного места от космического хлама. Люди, как правило, там равнодушные, ничем не интересующиеся, похожие на роботов. Преобладает тема апокалипсиса. Ну, может, не именно сейчас, но с начала  двухтысячных в России точно.

В Европе и Америке это было уже в 70-80 годах. И приходится порой оглянуться назад и подумать: «А оно как-то спокойнее, душевнее было». 

Опять же, как утверждает психология, ностальгия - способ защиты нашего мозга. Мы подсознательно стираем большую часть неприятного  и заполняем образовавшуюся пустоту приятными моментами. А уж насколько они реальны - зависит от самого человека и его подсознания.  Как-то прочитала симпатичное определение ностальгии - «грустное счастье». Наверное, это так. Но если жить только воспоминаниями, даже самыми приятными, может появиться настоящая зависимость от них.  Невозможно постоянно жить в прошлом. Это мешает приспособиться к настоящему, полноценно жить в нём. «Переселение» в прошлое – это уже, поверьте, клиника.  Всё свое мысленное обращение к Ванечке-профессору я озвучила в разговоре по скайпу со своей однокурсницей, живущей в Москве, театралкой и путешественницей. «Глупый он, - сказала подруга, - надо жить настоящим. Оно такое интересное!»

 

 

 

 

 




Читайте нас в