Болезнь близкого превращает жизнь уфимской семьи в ад

После работы Алексей (он был директором крупного уфимского автомагазина) часто играл на компьютере. Из одной игры уфимец так и «не вышел». Теперь его окружает клан лисиц, змей и лягушек, с которыми он без конца общается и сражается. Со стороны все это выглядит странно и страшно. Впрочем, чтобы не быть голословными, послушаем Вадима С-ва, обратившегося в редакцию за помощью:

- Как рассказывает брат, этот клан животных все время «подрезает» ему ноги. Если он упадет, то не может подняться с пола целые сутки (естественные потребности в это время справляются тут же). Последний раз он закрыл входную дверь и не смог сам ее открыть. Для того, чтобы попасть в квартиру, нам пришлось отпилить с железной двери замки. Недавно он поджег диван, объяснив это тем, что тот не дает ему жизни и его нужно обязательно выкинуть. Может оставить включенным газ, а выключить сам его уже не может, так как, упав на пол, не дотягивается до ручки газовой плиты. Заходя домой, он часто выключает рубильник подачи электричества, в связи с тем, что его, дескать, постоянно бьет током (розетки он проштробил и вытащил провода наружу). Дома он круглые сутки ходит голым, по ночам почти не спит и не дает спать другим. Если падает и не может подняться, включает в 5 часов утра телевизор на полную громкость и ждёт, когда соседи позвонят в дверь к маме, чтобы ему помогли встать. У него часто бывают галлюцинации. Он может «одеть» метлу или велотренажер в одежду и разговаривать с ними.

Жена Алексея и его дети не выдержали столь сурового жизненного испытания и, собрав вещи, съехали от него. Кто их за это осудит? А вот самым близким родственникам деваться некуда. Его мать не может бросить сына, тем более что и живет с ним на одной лестничной площадке, тратя все свои деньги на лекарства и памперсы для Алексея, не жалея ни средств, ни сил. Вот и сейчас, когда поведение сына стало настолько неадекватным, что его боятся даже соседи, она вывезла его на дачу, чтобы он хотя бы окружающим не доставлял беспокойства, рискуя собственной жизнью. Печальные прецеденты, увы, уже были. Как рассказывает Вадим, однажды брат его сильно избил (Алексей весит 145 килограммов, противостоять ему человеку с обычной массой тяжело), а в прошлом году чуть не задушил мать, ей каким-то чудом удалось вырваться. О том, что происходит в их квартире, наслышаны соседи и участковый. В памяти телефона Вадима хранится много видео того, что творит брат.

Журналист «Молодежки» посмотрел парочку снятых эпизодов. Зрелище не для слабонервных. По хоум-видео даже неспециалисту ясно, что мужчина явно не здоров. Ну не может нормальный человек так себя вести! Вот только добиться от врачей госпитализации Алексея для постановки ему точного диагноза и назначения адекватного лечения родственники не могут. Сам С-ов обследоваться и лечиться в больнице категорически отказывается. Уговорить его родственники не могут. Заставить его силой, учитывая его габариты и физическую силу - просто нереально.

Сейчас у Алексея стоит диагноз паркинсонизм, который был ему поставлен еще в 2010 году частным врачом-паркинсологом, найденным по своим каналам Вадимом, когда у брата только-только прозвенели первые звоночки болезни. Врачом тогда было прописано много таблеток, в том числе и «Наком». Однако, на фоне приёма препарата, у Алексея развиваются галлюцинации, его поведение стало еще более неадекватным и агрессивным. Чтобы обследовать брата и более точно подобрать принимаемую дозу или вовсе поменять препарат, Вадим обращался к терапевту по месту жительства, к неврологу, заместителю главного врача поликлиники по месту прикрепления брата, в психиатрический диспансер на ул.50 лет СССР, в Минздрав РБ. Однако везде получил отказ, в котором Вадиму сообщали, что ни он, ни его мать не являются законными представителями Алексея, поэтому медики не могут обсуждать с ними состояние здоровья Алексея, ссылаясь на врачебную тайну.

Дабы прояснить ситуацию, мы обратились за комментарием, задав конкретные вопросы, в Минздрав республики, а также в психиатрический диспансер. Вот какой ответ мы получили от Минздрава РБ: «Алексей С-ов наблюдается в медицинской организации. Медицинская помощь оказывается ему в необходимом объеме, согласно установленному диагнозу. В соответствии со статьей 20 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является дача информированного добровольного согласия гражданина или его законного представителя на медицинское вмешательство. В соответствии со ст. 13 данного закона СМИ не входит в круг лиц, кому могут быть представлены сведения, составляющие врачебную тайну, без согласия гражданина». Не ответили представители Минздрава нам и на вопрос, кто конкретно понесет ответственность, если произойдет несчастный случай и Алексей кого-нибудь порешит. Из психиатрического диспансера мы ответа и вовсе до сих пор не получили.

Здесь мы подошли к самому главному вопросу, а кто, собственно говоря, является законным представителем Алексея С-ва? Может ли им быть мать или его родной брат? - его мы адресовали юристу Оксане Елезарьевой. Вот что он нам ответила:

- Несмотря на инвалидность первой группы по общему заболеванию и на поставленный диагноз «паркинсонизм», Алексей до сих пор не лишен дееспособности, а значит, официально ему не может быть назначен попечитель. Чтобы назначить ему попечителя, нужно вначале через суд лишить его дееспособности. На сегодняшний день его представителем может быть любой человек, которому он даст официальную доверенность. Он такую доверенность пока никому не оформлял. А без нее мать Алексея и его брат не могут где-либо представлять его интересы.

- Так неужели Алексея без его согласия нельзя госпитализировать в больницу, когда он бросается на близких, избивая и угрожая их убить? - продолжаю я пытать юриста.

- Госпитализировать можно, спрашивать согласия вовсе не обязательно, если человек уже числится на учете в психоневрологическом диспансере, либо становится опасным для себя и других людей. Но его родственники должны своевременно обращаться в полицию и вызывать бригаду скорой психиатрической помощи, чтобы они все зафиксировали. В соответствии с 29-й статьей Закона «О психиатрической помощи», в качестве основания для госпитализации может выступать тяжелое психическое расстройство, с которым можно справиться исключительно в больнице.

Состояние такого пациента должно отвечать одной из следующих ситуаций:
- наблюдается агрессия (аутоагрессия), когда человек отказывается от еды, норовит выброситься из окна, покончить жизнь самоубийством другим способом, дерется, кидается, пытаясь убить кого-либо – то есть, присутствует непосредственная угроза жизни ему и окружающим;
- человек не способен самостоятельно обслуживать себя и удовлетворять свои жизненные потребности, а, значит, пить, есть, ходить в магазин и покупать продукты питания, соблюдать в доме
чистоту и ухаживать за собственной чистотой, плохо ориентируется в ситуации и пространстве вообще, прочее, — то есть, человек полностью становится беспомощным;
- человек нарушает общественный порядок (режим работы различных организаций), плохо спит, ест, не следит за собой и порядком в доме, за собственным здоровьем, ввиду чего есть угроза развития соматических заболеваний – то есть, речь идет о прогрессирующем ухудшении состояния.
Решение о принудительном помещении человека в больницу врач может принять сразу после самостоятельного осмотра. Однако если психический больной не представляет для окружающих никакой угрозы, то в принудительном порядке его забрать в больницу нельзя. В этом случае требуется его личное согласие, либо его законных представителей.

Вместо послесловия. От беды, с которой столкнулась семья С-вых, наверное, не застрахован никто. Вряд ли Алексей, когда был здоров, мог предвидеть, что у него «поедет крыша» и заранее выдать доверенность, которая бы уполномочивала родственников представлять его интересы в медучреждениях. Но ведь и родственники – живые люди. Почему они должны становиться заложниками этой ситуации? Почему в перерывах между готовкой, стиркой и уборкой фекалий близкого человека, они должны бегать по инстанциям и кому-то что-то доказывать, пополняя видео дневник болезни и борясь с ветряной мельницей под названием «медицинская бюрократия». Ведь все, чего они хотят – это госпитализации больного, постановки ему диагноза и назначение адекватного лечения, которое бы реально помогло человеку. Разве не это основная задача нашей медицины? Так зачем же тогда отфутболивать родственников пациента, прикрываясь, словно щитом врачебной тайной?